Он усмехался, обнажив мелкие белые зубы.

— Но на твоем месте, Кей, — продолжал он, — я предпочел бы наслаждаться солнцем. Потому что тебе не удастся выполнить свое намерение, дорогая!

Она взглянула на него.

— Откуда такая уверенность?

— Я считаю Элен одной из прекраснейших женщин и хочу, чтобы она стала моей женой. И она ею станет!

— А она хочет выйти за тебя замуж?

— Это интересный вопрос. Ну, и сама Элен — интересная особа.

— И она любит тебя?

— Любит? — Он расхохотался. — Или ты думаешь, что после Розмари я способен еще раз жениться на женщине, которая меня любила бы?

Луна висела над спокойной гладью залива. В ее мягком свете Кей хорошо видела его лицо и кривую циничную усмешку на нем.

— Бедная маленькая Кей! Вы, порядочные девушки, потрясающе наивны! Ты вообразила себе, что это я довел Розмари до смерти, да еще наслаждаюсь при этом ее страданиями. Ты никогда не поймешь, что это она всегда преследовала меня! Поверь мне, Кей, это просто чудо, что не я выбросился из окна!

Кей смотрела на него и чувствовала, что ненавидит этого человека все сильнее.

— Я думаю, ты знаешь, что Розмари вела дневник, — сказала Кей. — Перед тем как покончить с собой, она переслала его мне.

— Уж не та ли маленькая зеленая книжица, которую ты держала в руках?

— Наверное, тебе будет интересно узнать, что я намерена дать почитать его Мод? И сделаю это сегодня же.

— Так ты ей его еще не показывала? — Айвор засмеялся. — Хочу предупредить тебя, что вряд ли это сработает. У твоей сестры достаточно рассудительности, чтобы есть филе миньон, пусть даже остывший. Так что излияния душевнобольной не произведут на нее должного впечатления.

— Ох и дрянь же ты, Айвор! То, что Мод сносит твои «благодеяния», оказываемые Гилберту, еще не даст тебе права…